Для любознательных

Куда удирают попугаи?

Продолжение.Начало в №4/2006
Нередко этих милых птичек можно увидеть в больших городах свободно летающих на воле. Но это далеко не всегда птицы, улетевшие в форточку по недосмотру. К сожалению, среди владельцев птиц бывают (и эти случаи не единичны) такие себе «любители на час». Вот эти-то «любители» свои самодеятельные «опыты по акклиматизации пернатых» проделывают перед поездкой в отпуск или же после того, как пройдет первое увлечение «новой игрушкой», если та оказалась шумной и надоедливой: ее без зазрения совести выбрасывают на улицу. Попугаев выпускают и тогда, когда хозяева птиц не могут приостановить слишком быстрое увеличение птичьего семейства. Среди малых попугаев чаще всего в такую ситуацию попадают волнистые попугайчики, попугаи-монахи, ожереловые попугайчки и другие.
Есть немало сведений о том, что оказавшиеся в европейских странах на воле волнистые попугайчики хорошо переносили среднеевропейские зимы и не оставались голодными. Наблюдали случаи и гнездования их на открытом воздухе. Так, еще весной 1851 года в имении одного крупного бельгийского любителя животных две парочки волнистых попугайчиков вылетели из клетки и сейчас же скрылись в вершинах деревьев большого парка. В течение долгого времени их не видели или видели лишь мельком, но они не только остались жить в парке, но даже, как оказалось впоследствии, гнездились там в дуплах и выходили несколько птенцов. Осенью владелец имения вспугнул целую стаю волнистых попугайчиков в 10–12 особей, жировавшую в овсах. Тогда стали постепенно заманивать попугайчиков в клетку, осторожно прикармливая их, и к наступлению зимы отловили 10 экземпляров.
В Англии много волнистых попугайчиков было выпущено на волю уже в начале ХХ века. Это явилось результатом того, что в стране ежегодно продаются десятки тысяч волнистых и других попугайчиков. Они хорошо акклиматизировались и стали выводить птенцов. Прижиться на туманном Альбионе птицам не дали вездесущие охотники, хотя, возможно, это случилось и к лучшему, ибо теперь каждому известно, сколько дров может наломать непродуманная акклиматизация того или иного вида животных или растений. Ну и, наконец, не следует забывать, что волнистые попугайчики в случае успешной акклиматизации наверняка будут наносить серьезный вред полям и садам. Тем не менее, во второй половине XIX и первой половине XX веков не было известно ни одной популяции, которая бы сохранялась в течение длительного времени.
Предполагалось, что волнистый попугайчик и его собратья акклиматизироваться в Центральной Европе не могут, хотя поголовье вольных попугайчиков постоянно пополняется по уже приведенным причинам. Наблюдения орнитологов не только Федеративной Германии, но и других европейских стран в последние годы опровергли бытовавшее мнение: установлено, что численность вольных попугаев, расставшихся со своими хозяевами и ставших уже дикими обитателями Центральной Европы, стремительно растет. Речь идет о тех птицах, которые были «отпущены на волю» своими хозяевами, а также самостоятельно совершивших побег. Ранее оказавшиеся на свободе птицы были в принципе обречены на гибель от голода, холода и встречи с двуногими или четвероногими охотниками-хищниками. Но с течением времени отдельные особи акклиматизировались и положили начало новым популяциям. Этому способствовало и изменение отношения общественности к живой природе. Как считают ученые, одичавшие попугаи, не имея естественных врагов, в начале нынешнего столетия могут стать очень распространенными наравне с воробьями, голубями и другими птицами.
Если бы 30 лет назад предкам современных одичавших зеленых попугаев, обитающих в садах и парках Брюсселя, Лондона, Лиссабона и некоторых других городов Европы, кто-нибудь намекнул, что зимой 2006 года в Европе будут стоять почти крещенские морозы, они бы наверняка отказались от авантюры поселиться здесь навсегда. И, как в известном анекдоте — «хоть чучелом, хоть тушкой», пустились бы на поиски своей исторической родины — Южной Америки или Центральной Африки.
По городскому преданию, в середине 1970-х годов в Брюсселе обанкротился зоомагазин. Распродавать живой товар владельцам было некогда. Морских свинок и змей отдали «в хорошие руки», а попугаев выпустили на волю. С тех пор длиннохвостые зеленые пришельцы постепенно освоились в непривычном климате и заселили парковую зону в южном и восточном секторах бельгийской столицы.
Орнитологи быстро опознали в заморском госте ожерелового попугая (Psittacula krameri) — и принялись изучать новые городские повадки тропических обитателей.
Надо сказать, что брюссельских ожереловых попугайчиков отличает довольно экстравагантное поведение. К примеру, местом зимовки они выбрали не какую-нибудь заброшенную голубятню, а штаб-квартиру НАТО в Эвере. С наступлением тепла попугаи разлетаются небольшими стайками по брюссельским паркам, а в марте начинают присматривать подходящие дупла для выведения потомства.
Эксперты утверждают, что упомянутая теория происхождения брюссельских попугаев не выдерживает критики. Почти одновременно — с конца 60–70-х годов уже прошлого века — вольные попугаи, и не только ожереловые, объявились и в других уголках Европы, где преобладает мягкий морской климат: Великобритании, Голландии, Испании и в прибрежных районах Германии. Однако во всех этих странах численность попугаев если и возрастала, то незначительно. Так, популяция «диких» попугаев в Великобритании за год увеличилась на треть.
В Бельгии же в последние два-три года попугаи побили все рекорды рождаемости. По оценкам специалистов, в одном только Брюсселе их насчитывается около двух тысяч. Ареал обитания ожереловых и волнистых попугаев в Бельгии расширяется, они постепенно захватывают пригороды столицы. Некоторые шутят, что стремительный рост популяции попугаев объясняется соседством с европейскими «институтами власти». Здесь можно в любой момент узнать о новых тенденциях мирового развития. Судя по всему, до попугаев дошел слух о глобальном потеплении, и они сделали свои выводы.
Нечто подобной наблюдается орнитологами и в Соединенных Штатах Америки — страны, вроде бы никак не приспособленной для проживания «диких» попугаев. Однако и здесь по вышеприведенным причинам на воле оказались попугаи-монахи, по размерам почти не уступающие своим волнистым собратьям. Яркая окраска оперения и другие особенности птицы привлекли к ней внимание и повышенный интерес американских любителей пернатых — стало модным содержать попугая-монаха в домашних клетках. Этому способствовали и грандиозные, «кокетливые» манеры попугая, что дало аборигенам повод называть его «молоденькой вдовушкой». Хотя звучание голоса у калиты-монаха резкое и неприятное, но он имеет неплохие способности к имитированию речи человека. О «говорящих» попугаях-монахах написано много. В большинстве случаев своими способностями в этом жанре поражают молодые птицы с еще темными глазами. Можно рассказать в качестве примера и об одной взрослой и вначале довольно кусачей птице, научившейся произносить по-французски и по-итальянски несколько слов и предложений, к тому же она изображала кашель, смех и другие звуки. Ее «говорение» сравнивали с возможностями жако, но она так и не отвыкла от своего дикого крика. К тому же в зоологических магазинах они оцениваются не слишком дорого. Все это послужило тому, что на птичьем рынке США возник спрос на калиту. В страну было завезено более пятидесяти тысяч попугаев-монахов. Увы! Часть пленников сумела улизнуть на волю: то ли по случайности, то ли по желанию «любителей пернатых»: «наигравшись», но не ужившись с «домочадцем», обладающим неприятным крикливым голосом, они со спокойной совестью выпроводили попугая на улицу. Этот вариант подтверждает и орнитолог Р. Робинсон, который не видит в образовании вольных популяций попугая-монаха на новой родине результата «взрыва рождаемости».
Что же из этой ситуации получилось? Многие животные в своей адаптации к температурам обладают большими потенциальными возможностями, чем это обычно предполагают. Вот такую стойкость к холоду, совсем не нужную на их родине, проявили попугаи-монахи. С лета 1973 года участились сообщения о том, что пернатых монахов видели то в штате Мэриленд, то на берегах реки Гудзон, то чуть ли не на улицах Нью-Йорка. Вначале этому не верили, но потом в дело вмешались специалисты-орнитологи. «В июне-июле наши представители наблюдали 15 таких птиц на острове Лонг-Айленд, — рапортовали из Отдела охраны природы. — Более того, здесь обнаружено шесть их гнезд, чего ранее не случалось». Затем одно гнездо обнаружили в Бронксе — а это уже предместье огромного города, и на острове Стейтен-Айленд, тоже входящем в черту Нью-Йорка. В итоге в штатах Нью-Йорк, Нью-Джерси и Коннектикут «самообразовались» небольшие свободные популяции попугая-монаха. В самом Нью-Йорке на свободе живут примерно 200–300 птиц. Стаи этих птичек наблюдали также в штатах Алабама, Аризона, Арканзас, Флорида, Северная Каролина и даже на севере страны в штатах Мэн, Мичиган, Миннесота, Вермонт и других.
Несмотря на то, что этот вид попугаев принадлежит к сообществу тропических птиц, попугаи-монахи хорошо приспособились к холодной зиме штата Нью-Йорк и более северных, где температура воздуха может падать до -15оС. Раньше считалось, что в снежных краях такие пернатые обречены на гибель. Но, очевидно, попугаи решили опровергнуть это мнение. Один храбрец-монах залетел даже на крайний север в штат Нью-Йорк — в городок Трой. В суровую зиму он отморозил все, кроме одного, пальцы на ногах. Но, несмотря на это, храбрый попугай свил гнездо.

Владимир Иванович Архипчук,
журналист, г. Киев