Собаки

"Цепная" философия

№7/07

Из всего множества пород собак так и не нашлось породы, достойной названия «цепной». Традиционно роль цепной собаки выполняет самая многочисленная группа четвероногих друзей – дворняжки. Лохматые и короткошерстные, великаны и пигмеи, смолянисто-черные, пегие и белоснежные, умные, настойчиво-хитрые и беспредельно наивные шавки волей судьбы оказывались привязанными на короткие цепи тесными ошейниками для несения тяжелой и ответственной службы. Не стоит полагать, что цепная служба не требует от животного особой подготовки и личных качеств: известно, что никто не будет терпеть немую собаку, а тем более – лающую без причины, патологических лентяев, капризных, строптивых и излишне любвеобильных.

Первая цепная собака, которую я помню, – белоснежный пес с черным носом, с классической кличкой Барбос. Жил он у моей бабушки в селе. Его основной задачей было залаять, когда чужой появлялся на подворье, при этом «чужой» – это не только человек, но и кошки, голуби и даже занесенные ветром листья. На каждый объект Барбос лаял по особому: на людей – рыча и надрывно, на котов и залетных птиц – игриво, высоким тоном. Однажды я еще сопливым пацаном решил дать воды верному псу, но сделал то, что большинство цепных собак не прощает, – попытался забрать его миску. Пес моментально меня атаковал, слегка ущипнув за руку, при этом он издал такой серьезный рык, что дед с бабушкой оказались возле меня до того, как я разревелся. Хозяевам, моим бабушке и дедушке, не приходилось лишний раз тревожиться – они точно знали, что происходит, даже тогда, когда находились на значительном удалении от дома. Кроме того, Барбос знал и выполнял самые главные команды для цепной собаки – это команда «в будку!» и магическое «ня-ня». Была у Барбоса одна особенность: когда ему становилось скучно, он начинал гоняться за своим куцым хвостом, пытаясь его укусить. Этот тип лая невозможно ни с чем сравнить, получалось что-то похожее на собачий рэп в ускоренном темпе. Поскольку ностальгия мучила бедное животное по утрам, для меня это был отличный будильник. Кормили Барбоса жирными помоями и кашей для свиней, иногда перепадало молоко, редко – куриные кости. Оправлялся он с точностью до сантиметра, лапу поднимал исключительно на один угол будки, чем заслужил уважение хозяев. А когда пришло время, похоронили его в старой, еще послевоенной воронке с ошейником на шее и куском тяжелой цепи.
Чтобы стать нормальной цепной собакой, молодому щенку надо многому научиться: основное – определять желание хозяина, смириться с неволей и при этом не потерять интерес к происходящему вокруг. Далеко не все собаки отвечают таким запросам. Апатия и озлобленность часто стают веской причиной для того, чтобы избавиться от такого животного, но некоторые хозяева терпят и агрессивных, и ленивых просто из жалости, понимая, что привыкший к цепи пес может так и не привыкнуть к свободе. Припоминаю другого своего любимца Шарика, похожего на тюк растрепанной верблюжьей шерсти. Его шерсть была серовато-желтого цвета и приличной длины. Естественно, причесыванием никто не занимался, поэтому его просто стригли до наступления летнего зноя. Так как стричься он не любил, приходилось прибегать к снотворным препаратам. Однажды во время затяжного дождя он промок и испачкался, но при этом продолжал исполнять свой долг. Из жалости я снял с него ошейник и перевел в сухой сарайчик, где, на мой взгляд, ему легче было перенести непогоду. Шарик отказался от еды и, свернувшись калачиком, пассивно лежал на старом мешке. «Простудился», – с сожалением подумал я, но температура тела у него была нормальная, а элементарное лечение эффекта не дало. Непогода прошла, животное пришлось вернуть на место. Как только на него был одет ошейник и под лапами зазвенела цепь, Шарик преобразился – с интересом обнюхивал влажную землю, поднимал лапу на угол будки, резво лаял по малейшему поводу и с упоением ел похлебку! Он просто не представлял жизни на свободе, цепь и ошейник – это была его стихия.
Удивительную солидарность проявляют дворняги в случаях общего волнения. Как эстафету, они подхватывают и передают сигнал тревоги, отлично понимая друг друга, несмотря на то, что никогда не виделись с партнерами. Такие массовые действия очень редко бывают фальшивыми. Даже самый стойкий злоумышленник впадает в панику, когда ему вслед катятся раскаты собачьего лая.
С цепными собаками очень редко обращаются к ветеринарам: во-первых, животных тяжело транспортировать, а вызов специалиста – слишком дорогое удовольствие для дворняжки; во-вторых, хозяева оказывают «помощь» народными средствами – насильно залитые рюмка водки или стакан простокваши (что малоэффективно при подавляющем большинстве болезней!). Чаще доблестные ветеринары сами идут к горе-хозяевам, чтобы планово привить животное против бешенства или проверить состояние здоровья собаки, нанесшей покусы случайной жертве. Вот тогда наступает самое интересное! Выясняется, что большинство владельцев не умеют управляться с собаками, боятся их. Многочисленные вопросы, которые возникают при визите специалиста, касаются элементарных правил кормления и содержания, не говоря уже о профилактике паразитов. Получается, что люди, с одной стороны, имеют в своем распоряжении верного помощника, а с другой – вечный источник проблем и неприятностей.
Однако, несмотря на нехорошее отношение хозяев, на тугой ошейник и короткую цепь, на скудную баланду, терпя летний зной и зимний холод, отчаянно сопротивляясь клацаньем зубов кусачим блохам и назойливым мухам, многочисленное цепное племя продолжает нести свою нелегкую службу, чем заслуживает почет и уважение.

Василий УСАТЕНКО, ветеринарный врач